Н.З. Мосаки / Институт Ближнего Востока www.iimes.ru

Как заявил на днях представитель Министерства транспорта Турции, строительство железнодорожного отрезка для реализации проекта Баку – Тбилиси – Карс (или Карс – Баку – Тбилиси) начнется в ближайшие месяцы. Турецкие власти уже выкупили у населения земли, через которые должна пройти железная дорога[1].

Как известно, турецко-армянская граница с апреля 1993 г., когда Турция начала экономическую блокаду Армении в «ответ на оккупацию азербайджанских территорий», закрыта. Не работает и железная дорога Гюмри (бывший Ленинакан) – Карс – Сарыкамыш. В связи с этим планируется строительство железной дороги, связывающей Карс с железнодорожными путями Грузии, далее выходящими в Азербайджан и Центральную Азию. Проект Карс – Ахалкалаки – Тбилиси особенно активно разрабатывается со второй половины 90-х годов ХХ в. и оценивается в несколько сот миллионов долларов. Он предусматривает строительство 124 км железнодорожных линий – 92 км от Карса[2] до турецко-грузинской границы (пункт Куртункале) и 32 км по территории Грузии до Ахалкалаки (линию от Ахалкалаки до Тбилиси предполагается модернизировать). Турецкая и грузинская стороны предполагают, что железнодорожная магистраль Карс – Тбилиси станет одним из важнейших участков нового Шелкового пути.

В Турции, воплощающей в своем современном образе все разнообразие культурных пластов, доставшихся в наследство от многовековой истории и в силу уникальности ее географического расположения, в течение длительного исторического времени входят в противоречие принадлежность к светской европейской модели государственного устройства и укореняющегося в обществе исламизма. Испокон века этой стране была присуща борьба этих двух этих тенденций развития. Несколько столетий подряд монархи Османской империи носили титул верховного главы всего исламского мира, а Стамбул являлся его духовным и политическим центром. И казалось, с падением османского абсолютизма и провозглашения в 1923 году на территории Турции республиканского строя, период господства теократических норм жизни государства остался прерогативой ученых-теологов и историков.

Внутриполитический кризис в Турции, начало которому положил стартовавший в стране 16 апреля 2007 года президентский марафон, продолжает обостряться. В течение одного месяца парламент страны в соответствии с Конституцией должен был определить, кто 16 мая с.г. станет новым 11-м главой государства на семилетний срок. Однако на внутриполитическом поле страны резко активизировался процесс поляризации сил.

27 апреля внесло замешательство в президентские выборы в Турции. В этот день оппозиционные политики предприняли политический маневр с целью помешать избранию умеренно-исламистского кандидата.

27 апреля внесло замешательство в президентские выборы в Турции. В этот день оппозиционные политики предприняли политический маневр с целью помешать избранию умеренно-исламистского кандидата.

6 апреля с.г. в Турции начинается президентский марафон, который в течение одного месяца должен определить, кто 16 мая станет новым 11-м главой государства на семилетний срок. В связи с этим в стране активизировался процесс поляризации сил на внутриполитическом поле. С одной стороны — действующий президент, армия, ведущие профсоюзные и общественные организации, ректоры более 70 университетов, основные оппозиционные политические партии, известные представители деловых кругов. С другой — правящая Партия справедливости и развития (ПСР), одержавшая внушительную победу на всеобщих парламентских выборах в 2002 году и закрепившая затем этот успех на выборах в местные органы власти, ее однопартийное правительство, большинство ПСР в парламенте, позволяющее ей принимать необходимые законы и решения, несмотря на противодействие оппозиции, влиятельная часть национального бизнес-сообщества.

Стороны уже определились с тактикой своих действий в рамках нарастающего жесткого противостояния. Его основная причина – вполне реальное выдвижение нынешним премьер-министром и лидером правящей партии Р. Эрдоганом своей кандидатуры на пост президента страны, что, по мнению оппозиции, может привести к исламизации Турции, разрушению ее светских устоев. Представители оппозиции заявляют также, что президент должен быть надпартийной фигурой, а не представлять интересы только одной партии. Противники ПСР и ее правительства полагают, что президент и его аппарат – единственный оставшийся в стране эффективный институт власти, который действительно, опираясь на конституционное право, может противодействовать дальнейшему усилению исламистской составляющей в государственной структуре Турции.

О настроениях в турецком обществе, полагает оппозиция, объективно свидетельствуют и данные мартовского исследования общественного мнения, которые показывают, что почти две трети граждан Турции (71,2%), выступают категорически против избрания Р. Эрдогана президентом страны. В поддержку премьера высказались 23,6% участников данного опроса (из 1659 человек), проведенного компанией «Сонар» в 14 крупных провинциях страны.